День второй.
Я проснулся легко — будто и не спал вовсе. За окном едва светало, на часах — половина пятого утра 19 июля. Тело немного гудело после вчерашних двадцати семи километров, но что-то внутри уже было в движении. Путь звал.Единственное место, где в Хотьково можно позавтракать в пять утра, оказался сетевой ресторан на станции. Ну и что ж — не самое паломническое начало дня, зато честное. Наскоро перекусил, выпил кофе, вышел на улицу. Город ещё спал. Я шёл по пустым улицам в сторону монастыря — и это особое ощущение: когда вокруг тихо, а ты уже в пути.Хотьковский монастырь встретил меня розовыми стенами в предрассветном сумраке. Без пятнадцати шесть. Тишина такая, что слышно собственные шаги.

Я вошёл на территорию — и остановился. Просто стоял и смотрел. Иногда не нужно ничего делать — достаточно просто быть в месте, которое само говорит с тобой.Стоит сказать об этом монастыре особо. Именно здесь похоронены родители преподобного Сергия Радонежского — Кирилл и Мария. Место глубокого почитания, намоленное веками. А крестный ход «От Государя к Преподобному», который шёл параллельно моему пути все эти дни, был приурочен ко дню памяти самого преподобного Сергия — 18 июля Церковь чтит обретение его святых мощей.Когда открылся храм, я вошёл одним из первых. Приложился к мощам Кирилла и Марии, огляделся. Убранство скромное, тёплое, живое. Здесь не чувствуешь себя туристом — чувствуешь себя гостем. Гостем, которого ждали.Вышел на улицу, спросил у монахини, когда откроется церковная лавка. Оказалось — полчаса в запасе. Я отправился в соседний парк. И не пожалел: монастырь в лучах рассветного солнца — это отдельная картина. Розовые стены, золотые купола, туман над землёй, тишина. Я фотографировал и понимал, что никакая камера не передаст того, что чувствуешь, стоя здесь ранним утром 19 июля, когда весь мир ещё спит.Вернулся, поставил печать в подорожную грамоту — и вышел за ворота. Впереди было село Радонеж. Солнце поднималось. Часы показывали около семи. Я шёл по тропе, поздоровался с одиноким рыбаком на берегу речки — он только кивнул, не отрываясь от поплавка. Утро, река, тишина — всё на своих местах.

И тут, выйдя в поле я обнаружил свою ошибку в сборах.
Вторая половина июля — это не только жара и солнце. Это ещё и роса. Густая, обильная, по-настоящему июльская. Трава по пояс, туман стелется по низинам — и уже через несколько минут я был мокрым до пояса насквозь. Я шёл и усмехался сам себе: ну вот, крещение росой.Но настроения это не испортило. Совсем.
Лес встретил меня прохладой и запахом трав. Тропа была маркирована — указатели появлялись именно тогда, когда начинало казаться, что заблудился. Я шёл через заросли, через туман, обгоняя комаров, навстречу поднимающемуся солнцу. С одной стороны — немного жутковато: лес, тишина, ты один. С другой — странное, необъяснимое ощущение, что ты не один. Что кто-то ведёт. Что тропа сама знает, куда тебя привести. Не страх, а доверие. Вот, наверное, самое точное слово.Через некоторое время лес расступился — и впереди открылось новое большое поле.
По карте я нашёл его — молодой дуб, посаженный в память о легендарном дереве. Именно под таким дубом, по преданию, отрок Варфоломей — будущий Сергий Радонежский — встретил старца-священника, который благословил его на монашеский путь. Я постоял рядом. Молодое дерево, тонкий ствол — но место живое, особенное. Здесь даже воздух другой.Минут через сорок я спустился к трассе и начал подходить к селу Радонеж. К храму. И — успел. Как раз к началу утренней службы.
Я вошёл — мокрый, усталый, счастливый.